За два месяца Эська с удовольствием освоился в доме. Новые хозяева вкусно кормили, охотно ласкали и не возражали, если он спал прямо на них. 

Со старшими котами отношения были похуже, построже. На толстолапого мускулистого Пчиля котик старался равняться. Сегодня защитник домашнего периметра даже снизошёл до учебной игры! Мастерски вывернулся из захвата и поверг оппонента парой увесистых оплеух, Эська аж к стене укатился! 

 А вот пожилую Барзузелицу Эська откровенно побаивался и предпочитал обходить стороной. Сухонькая легонькая кошка при первом знакомстве представилась дамой какого-то фамильярского ордена, и затем вела себя соответствующе: надменно и высокомерно. С ней даже хозяева считались, а они-то и сами были людьми с даром!

 ***

Уже давно был потушен свет, устроились на постели люди, а коты составили им компанию. Нет ничего лучше, чем засыпать на теплом, мерно вздымающемся человеке, который тебе еще и погладил! Мурчание сливается с тихим шумом дождя за окном, а в сны начинают проникать всякие приятности. И к коту, и к человеку.

 Поэтому чета колдунов осталась сладко и спокойно спать, когда троица котов синхронно насторожила уши посреди ночи.

 – Оп-па. А что это там шумело? – Пчиль поднялся на лапы и потянулся, выгнув спину

– Это которое брякало или звенело? – Эська любопытно насторожил уши.

– Главное, что шум из кабинета! – скрипуче заявила Барзузелица, спрыгивая с кресла и легким шагом пересекая комнату. – Нужно проверить!

 Кабинет… Эська возбужденно заворочался. Он проскочил в приоткрытую дверь всего однажды, привлечённый солнечными бликами на паркете. И там было столько интересного! Он успел осмотреть пару коробок и сосуды с солнечными зайчиками, а затем обнаружил притягательно пахнущий куст со вкусными ветками. Оттуда его быстро достал хозяин, вынес за дверь, и с тех пор люди внимательно следили, чтобы он не забежал внутрь. 

 Пропустить такое интересное приключение Эська никак не мог!

 В коридоре Барзузелица бесшумно вспрыгнула на махонький столик в торце. Вытянулась в длинную поджарую колбасу, опершись передними лапами на обитую металлом дверь, и заглянула в махонькое окошко.

 – Ну и что видит твоё барзейшество? – из спальни, мягко топая тяжелыми лапами, вышел Пчиль. Сел рядом с Эськой, зевнул, показывая крупные клыки.

 – Сторожевой голем спит, но форточка открыта, – Барзузелица оттолкнулась передними лапами и превратилась из колбасы в компактную кошечку. Недовольно сверкнула зелеными глазами: – А у хозяев завтра должно все решиться.

 Пчиль недоуменно повел ухом, и кошка соизволила пояснить:

– Хозяину нужно завтра представлять свою работу важным людям, но он опасается врагов.

– Они могут его подрать? – Эська приоткрыл в изумлении рот. Такого большого, сильного человека…

– Нет. Могут испортить ему настроение: вывести из себя, кричать, что работа ничего не стоит, – или настроить важных людей против него, или даже решиться сломать его вещи, – хвост неподвижной кошки так и метался туда-сюда, выдавая крайнее возмущение. – И как потомственный фамильяр, я обязана не только намурлыкать им крепкий сон, но и быть в таких ситуациях настороже.

 "Бряк!"

 Эська синхронно с остальными котами повернул голову на звук. Тот шел из кабинета.

 Первым начал действовать Пчиль: подошел к двери, поднялся на задние лапы, опытно шлепнул лапой куда-то в районе замочной скважины, затем надавил несколько раз на ручку. И, когда та поддалась, щелкнула – всунул в быстро расширяющуюся от косяка щель белую морду:

– Пойдем гонять соперников. Это должно быть хотя бы нескучно.

 Вслед за Барзузелицей, рыжевато-бурой молнией промелькнувшей перед носом, медленно зашел и Эська. Ночное помещение значительно отличалось: не плясали по крупным бутылям солнечные блики, а кусты, хоть и пахли так же вкусно, теперь пугали протянутыми ветками. А огромная гора с руками, застывшая у противоположной стены, и вовсе вызывала страх до распушения хвоста. 

 Пчиль остановился у одиноко валяющийся посреди пола скляночки, обнюхал:

– Странное что-то. Кажется, рыбное.

– Из хозяйского набора, – Барзузелица, не задерживаясь, пошла к рабочему месту, вытянувшемуся вдоль окна от стены до стены. – Небось в вещах рылись. Надо учесть, что пропало!

 На фоне окна появился сперва сухонький изящный силуэт, затем крепкий крупный: старшие коты вспрыгнули на стол. Эська, же, хоть и сгорал от любопытства, туда соваться не рискнул. Медленно пошел вдоль кустов, часто втягивая носом вкусный воздух. Пахло освежающе-кисловатым, затем добавилась легкая примесь тухлого мяса…

 Что-то, шурша стеблями, неожиданно спрыгнуло с высокого горшка, вскользь зацепив Эську по голове. Котик испуганно взмякнул, лапы сами подбросили его вверх, тело извернулось в полете, чтобы, приземлившись, Эська оказался мордой к морде с таинственным врагом!

 На полу лежал на боку крупный голубь. Неестественно вывернутая шея, топорщащиеся мокрые перья, раздутый лысый зоб. Большие выпученные глаза мертвенно поблескивали в слабом свете.

 – Оп-па! – Пчиль длинным прыжком оказался рядом, припал к полу, насторожив уши. Пошевелив длинными белыми усами, обошел распластанную птицу, осторожно потрогал лапой:

– Пф-ф… Не противник, а полутруп какой-то. Пованивает. Даже не поиграть с таким. 

– Мрф! Тебе б только игрули, а враг успел здесь похозяйничать! – Барзузелица застыла на краю стола, бешено сверкая глазами и лупя по бокам хвостом: – Пропала важная для хозяина штука!

– А вы откуда так точно знаете? – робко уточнил впечатленный Эська.

 Кошка польщенно фыркнула:

– У меня исключительная память, это привилегия и ответственность…

 В этот момент дохлый голубь чмыхнул и резко встрепенулся. Не ожидавшие такого коты отскочили в разные стороны, шипя и подвывая. Птица с хрустом повернула перекрученную шею в нормальное положение, помигала белыми стеклянными глазами и запрыгала в сторону стола, расправляя лысоватые крылья. 

 – И она голем! Ловите! – оскалилась Барзузелица, припадая на лапы в охотничей стойке. 

 Эська оказался ближе, и с азартом ринулся в атаку. Секундой позже к нему присоединился и Пчиль. Но птица, даром что неказисто выглядела, металась как настоящая – резко и непредсказуемо, била что есть силы крыльями. Эська обидно получил по морде, но не успел он взять реванш, как Пчиль одним ударом сильной лапы отправл голема кубарем глубоко под стол.

 – Хоть какая-то с тебя польза, – Барзузелица спрыгнула на стул, на пол. Прищурилась, вглядываясь в темноту. – Думаю, он и есть вор. Хозяин будет рад, что его вещи в порядке. 

 Пчиль польщенно прикрыл глаза и распушил усы:

– Пользы всяко побольше, чем от твоих мудрокошьих высокопарных фраз.

– Я бы попросила! И вообще, не ты ли этого недобитока оживил? 

– Оживил, ха! Нормальные големы с моего удара не запускаются, – обиженно пробурчал кот, – а эта рухлядь еще и сама вырубилась… Не издалека она к нам прилетела. 

– Смотрите, он взлетел!

 Окрик Эськи слился с натужным биением крыльев. Голем-голубь взлетел почти вертикально, протиснулся, цепляясь когтистыми лапами, между стеной и столешницей. И прежде, чем ошеломленные коты сообразили, чем это грозит, вспорхнул на открытую форточку. 

 – За ним, охламоны! 

 Пчиль стартанул раньше окрика, в два прыжка добрался до форточки… Но голубь в последнюю секунду разминулся с когтистой лапой и выпал наружу, покатился по скату террасной крыши. 

– Мелочь, давай за мной. Загоним недобитка, – кот хищно оскалился и спрыгнул за големом.

 Эська сперва не поверил своим ушам. Сам Пчиль зовет его с собой? Поохотиться на хитрого врага, который в силах навредить даже хозяевам? Конечно же он в деле!

 Запрыгнуть на форточку оказалось не так и легко, задние лапы бесполезно скребли по стеклу, но наконец котик перевалил этот рубеж и оказался на крыше, скользкой от бесконечной осенней влажности. Мелкий дождь мигом превратил рыжую шерсть по хребту в слипшиеся иголочки, но Эська упрямо побежал к застывшему у края Пчилю.

 – Смотри, мелочь, как будет идти наша охота…

И без того побитому, наспех собранному голему под дождем вообще поплохело. Механическая птица болезненно подергивалась и потрескивала, время от времени покрываясь тонюсенькой паутинкой разрядов, но светящиеся глаза на запрокинутой на спину голове все ещё пристально следили за спрыгнувшем на этот уступ Эськой. 

 Котик на всякий случай вздыбил на хребте шерсть и, тщательно прицелившись, прыгнул прямо на голубя. Того, к сожалению, не закоротило совсем, и хитрый враг, хлопая крыльями, взлетел вдоль стены вверх на добрый кошачий прыжок, поднявшись даже над уровнем крыши…

 …на которой его уже ждал Пчиль, одним мощным ударом выкинув комок металла с перьями на черепицу. 

 К моменту, как Эська запрыгнул обратно, голем уже даже не подергивался, надежно прижатый толстой лапой. Котик одобрительно мякнул, прикрыв глаза и растопырив усы. Враг повержен, и он принимал в этом важное участие!

 Остался последний рубеж – забраться обратно на форточку, в теплоту и сухость дома. Эська трусил за мягко ступающим по скользкой черепице Пчилем, тащившим добычу в пасти и уже предвкушал, как, похваставшись, устроится спать поверх хозяев.

Шелест дождя скрыл шум тихих шагов, а серые неподвижные силуэты хорошо сливались с каменной кладкой. Незнакомый кот выступил навстречу из тени под окном.

 – Славная добыча. А вы хитрые охотники, – голос незнакомого кота был вкрадчив, а вид странен. Длиннолапый, длиннохвостый, голокожий… Эська силился понять, что же его смущает, и наконец сообразил: усы! У него совсем не было усов! Что за уродство… – Но вы покусились на этого голема за пределами крыши, и значит – добыли его на моей территории. Отдайте. 

– Твоя территория, Звыгла? Надо освежить тебе память хорошей дракой! – Пчиль выплюнул голема, и теперь стоял над ним, раздраженно подрагивая напряженным торчащим хвостом.  

  Эська тоже возмутился. Они этого голубя, значит, ловили, а лысому недокоту лень лапы замарать? Заслуживает хорошей взбучки! Но отчего эта тощая жердь так самодовольно выглядит, он же против одного Пчиля не выстоит, не то что против команды из Пчиля и Эськи?

 – Что ж, я так и думал, что по уму с тобой не договориться, Пчиль, – Звыгла совсем не выглядел расстроенным. Наоборот, обрадованным. – Драка так драка. Эй, Фимотей, идем, сейчас будет весело!

 За его спиной появился второй кот. Дождливая осенняя ночь сливалась с его графитово-серой шерстью, скрадывая размер. Но даже по посадке глаз и округленных надорванных ушей было понятно – крупный котяра.   

 – Побьемся за этого голубя! – Звыгла уже выгибал спину и наступал, набычив лоб.

– Ты его не получишь, – Пчиль тоже принял убедительную стойку, но тело само как-то изгибалось боком, и распушившийся от страха Эська понял: каким бы защитником не был Пчиль, он трезво оценивает свои силы. 

 Значит, Эська будет сражаться с ним до конца! Даже если победа очень зыбка…

 – Борщеглаз?! Звыгла ты драная, совсем страх потерял! – с форточки сиганула разъяренная молния, впилась всеми когтями в непонимающих противников, полетела по ветру шерсть клочьями. Пчиль, бросив голубя, влетел в сплетение рычащих и орущих тел, заработал тяжелыми лапами и острыми клыками. 

 От вида катающегося по крыше клубка Эська растерялся, попятился, распушив хвост. Спохватился, что сползает по желобку черепицы забытый голем, схватил его за шею. Потащил тяжелую, неудобно болтающуюся между лап тушку мимо дерущихся, к окну. 

 Свет зажегся за стеклом внезапно, озарил крышу, и захваченные врасплох коты замерли, где стояли, тяжело дыша и недоверчиво поглядывая друг на друга. Из открывшегося окна по пояс высунулся заспанный, недовольный хозяин:

– Ух я вам сейчас, а ну прочь от моих котов!..

***

Поздним утром чистый, вычесанный Эська нежился на подоконнике и глядел, как уходят из дому собранные, решительные хозяева. Теперь всё за людьми, они всё, что могли, сделали!  

 – Хорошая из нас вышла команда, правда? – обратился распираемый от гордости Эська к остальным котам. 

– Под моим руководством вы сработали и вправду неплохо, – сонно проворчала Барзузелица из мягкого пледа, который хозяйка уложила специально для раненой ночью пожилой кошки.  

– Я удивлен, что такая мудрокошь не побоялась огрести в драке, – с усмешкой заметил Пчиль, отвлекаясь от вылизывания боков, пересеченного длинными царапинами.

– Фамилиары, вообще-то, должны быть всесторонне развиты. Так что тебя в наш орден сходу не приняли бы, сто раз подумали, – съязвила кошка, вновь сворачиваясь беззащитным клубочком.

– Да нужны мне ваши ордены…

 Эська блаженно прищурил глаза под привычную уже перебранку старших котов, подобрал лапы, уютно устраиваясь для дневного сна. А вот он бы в какой-нибудь орден пошел! Может, там есть должность "ночеватель с людьми", например? Было бы идеально!