– Вы же лучший Проводник, что же тогда за сомнения? – Сильвер Грасп наклонился, и его глаза нездорово загорелись. – Это же будет не просто мост в другой мир, а в Солярис – мир из чистого золота! Поэтому окажу любое содействие, любое.

Дрейк тяжело вздохнул. Его это дело не сказать, чтобы заинтересовало, да и денег хватало... Но вот молодые-зеленые с жаждой что-нибудь сотворить пойдут да сложат буйные головушки. Поэтому он ответил:
– Хорошо, я берусь. Но вы обещали всяческое содействие. Тем более мне нужно будет обойти множество миров, чтобы хоть что-то узнать.

Сильвер Грасп ухмыльнулся и выложил на столик мешочек с золотом и папку с документами.

– Это аванс, абсолютно без-воз-мезд-но!

Что-то Дрейк верил в безвозмездность купца так же, как и в простодушие шулера, но решил оставить комментарии при себе. Он взял папку, мешочек и, распрощавшись, наконец покинул это негостеприимное место. Его ждало Междумирье.

В папке была вся информация, которую люди Граспа умудрились собрать. «Пустотник – самая загадочная тварь, на которую и был заказ, оказался изначально путником, застрявшим в Междумирье».

– Знал бы раньше, не так бы боялся встретить, - хмыкнул Дрейк и продолжил чтение. Но все остальное он уже знал.

– Плетет мосты Междумирья, воруя воспоминания. Все Проводники боятся его пуще других тварей, ибо после встречи с ним всегда теряли что-то ценное из своей души, а может и саму душу. И прочие байки, слышали-знаем.

Дрейк размахнулся и бросил бумаги в речку. Он искренне считал, что потерять воспоминания лучше, чем потерять голову в пасти какой-нибудь другой твари.

Дрейк вышел из портала. Что-то в этой жизни никогда не меняется и это именно Междумирье. Скалы, возвышающиеся со всех сторон, разноцветные мосты из воспоминаний, туман, скрадывающий часть ландшафта. Мужчина привычно настроился на нестабильную энергию, пытаясь найти путь в нужный мир и ближайших тварей. Кто-то из коллег даже шутил, что Дрейк родился где-то в Междумирье, настолько быстро он обычно настраивался на это место.

Первый мир, указанный в документах, ничего не дал. Второй, третий и пятый тоже. А вот в шестом был некий очевидец, что видел другого очевидца.

– Вот же морока, но кто сказал, что будет легко... ­– ворчал Дрейк, настраиваясь на поход в седьмой мир. На этот раз пришлось затаиться на одном из мостов, дожидаясь, пока пролетит тварь, похожая на внебрачное дитя курицы и ящерицы.

Вздохнув, Дрейк устроился на мосту из воспоминании чьего-то детства. Мимо пролетел полупрозрачный образ плюшевого кота с глазами-пуговицами, следом за ним поплыл запах свежеиспеченных пирожков. Проводник почему-то никогда не любил надолго оставаться на мостах, у него начинала от этого болеть голова...

Седьмой мир встретил фиолетовым небом с двумя солнцами и одной луной. Портал находился далековато от поселения, пришлось изрядно пройтись.

Очевидец оказался древним старцем, который непонятно как задержался на этом свете. Длинная борода в землю, пастуший посох, кустистые нахмуренные брови, а сам белый, как стадо овец, что он пасет.

– Кто-кто? Пустотник? Слыхал-слыхал... Ты, сынок, может выпьешь немного молока, и я расскажу тебе... Стар я стал, пойдем сядем под тем дубом...

Дрейк в кои-то веки почувствовал умиротворение. Дуб шумел листвой, первое солнце уже укатилось за горизонт, из-за чего небо стало лиловым, молоко было еще теплое, а вдалеке блеяли овцы.

– То не Тварь, коих в множестве порождает Междумирье. То живой человек из плоти и крови, как мы с тобой, кха-кха... – начал старец.

– Он был первым путником, который заплутал в Междумирье, но не помер, кха-кха, как предыдущие, – старик важно огладил бороду, – он нашел в себе силы искать дорогу. Ту самую важную дорогу к себе домой... Кха-кха-кха...

Старец как-то странно посмотрел на Дрейка, будто желая еще что-то добавить, но, вздохнув, только вымолвил:

– Ты пей-пей, да возьми еще хлеба, будут силы идти дальше.

Молоко было выпито, стадо с его пастухом оставлено далеко позади, а Дрейк вновь входил в портал, чтобы поискать родной мир, из которого пришел Пустотник. Старец указал примерное направление, чему Дрейк очень порадовался. Даже жаль было оставлять этот уютный мир с несколькими светилами на небе...

Далее Проводник сбился со счета, сколько миров он успел посетить и сколько созданий опросить. Не то и не там. В Междумирье один раз не повезло наткнуться на особо голодную тварь с тремя ртами на большой несуразной голове.

Тварь в итоге упала в пропасть Междумирья, а Дрейк в это время зализывал раны в случайной пещере. Мост рядом с пещерой, видимо, был сплетен из воспоминаний о несчастной любви.

– Да брось ты его, он же бабник! – наконец не выдержал мужчина, глядя на полупрозрачные воспоминания.

Персонажи из воспоминаний, что, естественно, не отреагировали, а Дрейк прикусил язык, чтобы звуком не привлечь еще какую-нибудь тварь.

Поиски продолжились и наконец удача улыбнулась ему. В одном из миров ходила легенда, что мир по соседству вроде был родным миром самого Пустотника. Только с ходом времени в том мире было что-то странное... Дрейк нашел нужный мост и вошел в портал.

Тут же окатило дождем, сильный ветер чуть не сбил с ног, непонятно даже, где небо, а где земля. Портал оказался выбит в скале, а дорога к нему уже лет как десять заросла чертополохом.

Вдалеке на пригорке виднелось какое-то сооружение, к которому Дрейк и решил направиться. Спустя вечность борьбы со стихией Проводник дошел и понял, что перед ним руины то ли дворца, то ли крепости. Но хоть что-то, где можно переждать непогоду.

Под завывания ветра снаружи мужчина беспокойно уснул.

Наутро с трудом выбравшись из-под навеса, Дрейк вышел на улицу. Теперь, когда ненастье ушло, стало видно, что за руинами высится город.

Некоторые здания были деревянными, некоторые сверкали металлом. По периметру возвышались сторожевые башни, уже давно используемые больше для красоты, чем для реальных нужд.

У Дрейка захватило дыхание... Он начал вспоминать свой родной мир. Вот он из своего мира случайно открывает портал в скале и оказывается в Междумирье. Вот он в отчаянии отбивается от какой-то твари. Затем он решает сплести не мост, но первую нить из собственных воспоминаний, чтобы вернуться домой. Нить приводит не в тот мир, он в отчаянии. И у него не остается воспоминаний, он все использовал в поисках дома. Он не помнит кто он и куда он держит путь, он помнит о том, что нужно строить мосты, любой ценой нужно строить мосты из воспоминаний.

Ему пришлось впервые украсть чужое воспоминание и сплести мост из него, его уже начали называть странным словом Пустотник... А он продолжает создавать мосты...

– Все мосты вели меня домой, – тихонько шепчет мужчина. Он ломает портал и в лучах восходящего солнца идет в город. Домой.