Буква «Г» дёргалась в световом припадке, меняя название на вывеске. Словно одна реальность подменяла другую. То магазин величали «Ирга», то «Ира», а может это пробивалась его истинная суть, глубинная личность.

Марина стояла в стороне от раздвижных дверей и не решалась зайти, переминаясь с ноги на ногу. Она не была привычна к такому сегменту и по-снобски брезговала. Там точно нет свежей выпечки или же она будет обветрена из-за настежь открытых лотков. К вечеру такую продукцию в железнодорожную гальку крошить можно. А сейчас как раз вечер.

Всего в ста метрах стоит такой милый душе гипермаркет «Звезда», горящий красным небесным телом о пятью концах, эмблема – точно верхушка новогодней ёлки. У Марины на душе тотчас взошло ощущение праздника от процесса выбора покупок. «Ира» же грустно подмигивала неоновой буквой, мол, «заходи», – так пошло и неуютно. Но регламенту препятствовать нельзя: в полученной инструкции указан именно этот магазин.

Длинные узкие стеллажи сразу же сковали свободу Марины, метафорическая «Ира» проглотила её. Нутро магазина напоминало кишечник, который ведёт тебя через всю свою длину и ассортимент без возможности выбора маршрута. Вот она, наполненная скудным изобилием фруктов и овощей двенадцатиперстная кишка, следом тощая, облепленная кисломолочными продуктами. Крупы и лапша забивают подвздошную. Далее покупатель проваливается в толстый кишечник: мясо, рыба, сомнительного качества и хитрого состава полуфабрикаты слепой кишки. Хлеб, мороженое, чай, сладости, как предчувствие финала трапезы – ободочная кишка. И, наконец, мусор, экскременты маркетинга, – жвачки, леденящие дыхание драже, пересахаренные батончики – всё сияет и блестит, орёт тебе в лицо: «КУПИ!»… А уже после кассы – спасение и освобождение, прямая кишка позади. Очень иронично, что выходить приходится обратно через «рот» магазина, гастрономический уроборос.

Только эти размышления, некая игра в метафоры, и смогли расслабить Марину, переключить внимание. Перед ней стояла важная и чёткая задача, описанная в кейсе из конверта под номером пять.

Вариант сегодняшнего дня:

«…Супермаркет «Ирга», заход в 18:20. Список покупок.

1.     Помидоры черри, 250-300 гр…»

Один из наиболее понятных пунктов для Марины: помидоры она ела, покупала, признавала. Руки, минуя мозг, потянулись к классическим, большим и сочным, которые лопались плевком семечек после первого надреза кожуры. Но девушка вовремя остановилась. Марина не понимала реальную разницу, вроде они даже кислее, эти черри, зачем тогда платить втридорога.

Глубоко вдохнула, приняла. Надо – значит надо, иначе ничего не получится. Деньги Марине жалко не было, всё это была заведомо оговоренная плата. Проблемой выступал психологический барьер, не позволяющий выбрать растрату как норму жизни. Внутренний вахтер с вечно брезгливым лицом и подозрительным взглядом: «Помидоры за тысячу? Выпендриваешься?!». Марину аж передёрнуло от собственных мыслей. Она суетливо бросила коробку с алыми шарами на дно продуктовой корзины. Помидоры и так ошалели от того, что оказались в непроглядной сибирской глуши, так еще и были биты падением.

«… 2. Сыр Бри, упаковка (100-200 гр.)…»

Холодильник кисломолочной продукции исходил холодом и ярким светом. Среди майонезного царства и йогуртового безумия ютились сыры. Плюс-минус одинаковые желтые бруски с редкими дырочками. Некоторые из них оказывались самозванцами, о чем мелким шрифтом на этикетке шептала надпись: «Сырный продукт». Благородные и особо изысканные экземпляры почему-то были убраны на нижнюю полку, с глаз долой. Понятно было, что такие не по вкусу среднестатистическому посетителю «Ирги», отсюда и смещение фокуса, но вот на самый низ… Что ж, Марина присела на корточки и наморщила лоб в изучении. Невдалеке бомжеватый мужик в похожей позе выбирал себе портвейн с нижней полки алкостенда. Никакой логики…

Сама только мысль о сырах с плесенью вызывали у Марины ужас. Бри. Камамбер. Диволет. Горгонзола… Никакого отклика внутри. Только ассоциации с зелёным пушком на буханке хлеба. Девушка взяла наугад сырную шайбу и пошла дальше.

«… 3. Оливки, банка…»

Сегодня ожидался абсолютно несъедобный вечер. Марина даже удивилась, как можно настолько отвратительные вещи помещать в свой Храм. Оливки, маслины, чёрные, зелёные, начинённые тунцом, грибами или перцем. Тошнотворная карусель. Как-то в детстве Марина в гостях у тётки отравилась салатом, в котором были солёные огурцы, копченая курица и оливки (а может маслины), щедро утопленные в тонне майонеза. Рвало бедняжку три дня. Больше ни один из вышеупомянутых продуктов она не потребляла. До сегодняшнего дня.

«…4. Филе трески, 300 гр…»

Будущее казалось беспросветным для Марины. Одно дело слабосолёная форель или рыба масляная, совсем другое – вот это вот пахучее чудо со вкусом болотной тины. Девушка в равной степени избегала как готовки представителей рыбного царства, так и их поедания. Ресторанная горбуша в крайний случай похода оставила за собой воспоминания лишь о костях, царапающих нёбо.

Продуктовое разнообразие совсем не соответствовало внутреннему миру девушки, всё равно, что гиене предложить фруктовый салат. Но, с другой стороны, здесь больше предрассудков и неудач прошлого, нежели объективности. Можно и попробовать?

«…5. Цельнозерновой хлеб, нарезка…»

Марина решила не искать логики, только затягивает время и сбивает с пути. Нужно раствориться в предложенном списке, натянуть на себя шкуру этого странного любителя почти здоровых товаров. Примерить её, походить, повертеться возле зеркала. Вдруг она сядет, как нужно, повторит все изгибы тела, и хлеб с зернами, кем-то заранее линчеванный, не вызовет недоумения.

«… 6. Вино белое сухое (предпочтительно Шардоне), 750 мл…»

Хоть здесь Марина с облегчением почувствовала духовную близость. Все пункты списка были заточены за решетку магазинной корзины, время их существования отсчитывалось не сроком годности, а сегодняшним кулинарным вечером. Ещё раз пробежав глазами по листку с перечнем, девушка направилась к кассе.

***

Ровно в восемь вечера того же дня прибыл курьер. Он весь запыхался. Марина слегка отстранилась, когда в нос ей ударил кислый запах пота. Вытирая лоб грязным рукавом пуховика-униформы, курьер виновато улыбнулся. В улыбке его недоставало одного зуба. Девушка сразу же потупила взгляд. Странно было видеть среди работников столь серьёзной фирмы такого… нерасполагающего представителя, хоть и занимающего не самую солидную должность.

– Драсьте, – слегка присвистнул курьер, выдавая коробку синего цвета в красных разноразмерных точках. Марина чирканула свои уникальные завитки в накладных напротив услужливо воткнутых галочек, вернула один экземпляр и с облегчением захлопнула дверь. Она и так чувствовала некое напряжение от выпавшего сегодня варианта, тут ещё и обязательные малоприятные контакты…

В коробке лежал тончайший, почти невесомый халатик серебряного отлива, такой сразу ассоциируется с хорошей жизнью. Прежде чем облачиться в него, Марина просто сидела и поглаживала рукой ткань, успокаиваясь. Помимо домашнего гардероба там была посуда: винный высокий бокал, пара изящных тарелок прозрачного стекла и вполне ординарные вилка с ножом. Как только девушка окрасила бокал жидкостью, словно сотканной из рассветных лучей, подал голос аэрогриль. Ужин готов.

Марина сделал все по инструкции. Накрыла стол, переоделась в специальное домашнее, приготовила блюда по рецепту. Поджарила хлеб, подогрела благородный сыр с черри, насыпала оливки. Подпекла треску в оливковом масле. Села есть и пить вино. Рядом, под рукой, специальный бланк, в котором надо добросовестно делать заметки.

Пригубляя второй бокал и слегка захмелев (еда почти не лезла в горло, как девушка не пыталась), она отметила в графе «Минусы»: «Так можно спиться». Затем улыбнулась, вычеркнула и переписала эту же фразу в графу «Плюсы».

***

Следующим утром Марина пришла в офис компании «Мой путь» раньше назначенного. Проснулась до первых будильников и предпочла высидеть лишнее время в холле, нежели дома. Рыбный запах никак не собирался выветриваться из квартиры. Казалось, он пропитал собою шторы, одежду и даже обои. Поэтому уходя, несмотря на мороз на улице, девушка оставила окна в режиме проветривания. Не все цветы на подоконниках переживут сегодняшнее утро.

Мучать смартфон ранней пташке уже наскучило, посему она изучала стены и плакаты на них. «Примерно 70% нашей жизни мы проводим на работе» – крупным красными буквами в верхней части кричал ближайший плакат. «И не удивительно, что она оставляет значимый отпечаток на оставшиеся 30%…». Марина многократно читала этот текст, видела рекламу. Поэтому, собственно, и пришла сюда. «… наш быт, увлечения, они неизбежно зависят от нашей работы. Профориентационное агентство «Мой путь» предлагает прочувствовать выбранную профессию в самые важные часы – часы личного времени! Наши специалисты изучили свободное время нескольких тысяч добровольцев: их хобби, вкусовые предпочтения, интернет-приоритеты. Даже интимные пристрастия. Всё это позволит выбрать для себя наиболее комфортную и подходящую профессию. Ведь если счастье дома – счастье везде!».

– О, Марина Витальевна, заходите! Давно ждёте? – менеджер Виталий с невероятно фотогеничной улыбкой открыл дверь своего кабинета.

– Нет-нет, всё в порядке, – Марина даже смутилась. Она прошла в кабинет и положила на стол Виталию заполненный отчет. Тот принялся изучать слегка измятую бумажку, а девушка пока перешла в режим ожидания, кутаясь в мягкости гостевого кресла.

– Как я погляжу, профессия экономиста Вам не сильно приглянулась…

– Все эти, знаете, – Марина прочистила гордо. Она никак не могла избавиться от ощущения провинившейся школьницы, словно приходилось оправдываться, – слегка вычурные запросы. Нарочито здоровое питание. Продукты и вещи, как я увидела, подобраны, исходя из хайпа… моды, а не вкуса. В общем, довольна была я лишь вином…

– Ха-ха…

– Да, я там написала. Но я так сопьюсь и только….

– Хорошо, хорошо. Раз пятый вариант нам совсем не подошел, хм… Давайте обратимся к следующему конверту, держите, тут у нас… бизнес-аналитик… Распечатайте, как и обычно, ровно в пять вечера…