Пропал человек. Обычным зимним вечером. Просто жил в квартире, смотрел сериал на компьютере. И исчез. Словно его никогда и не было. А больше в тот день ничего особенного не произошло. Уже на следующий день в его квартиру въехали новые люди. О человеке очень быстро забыли. От него не осталось даже имени в договоре с риелтором.

Но это был не единственный такой случай. В городе это стало происходить регулярно. Вечером пропадают, а утром некая компания Х не досчитается у себя сотрудников на утренней планёрке. И это странно. Ведь даже эйчар не помнит, кого именно они не могут найти. Другим днём женщина за утренней чисткой зубов поймала себя на мысли, что дома должен быть кто-то ещё. Но она чётко помнила, что всегда жила одна. Она смотрела на две зубные щётки в ванной и не могла понять, почему её не покидает странное чувство.

Но рано или поздно все люди просто продолжают жить дальше. В конце концов, если даже мироздание забывает о существовании людей, то что тут говорить об обычных людях.

В особо снежный вечер, когда даже из дома выходить не хочется, произошло ещё кое-что. Жители тридцать пятой квартиры в семнадцатом доме по улице Ленина проводили время как обычно. Они не знали, и не могли знать о том, что произойдёт дальше.

Отец семейства Александр сидел на кухне и листал ленту соцсетей. Глаза закрывались, но он пытался собрать мысли в кучу и прочитать пост. Где-то час назад он вернулся с работы и хотел поставить чайник. Но телефон его увлёк в цифровую реальность, где, ему казалось, он мог немного отдохнуть. На самом деле, это помогало ему отвлечься от тяжёлых мыслей.

— Пап? — послышался детский голос из комнаты.

Александр поднялся со стула, всё же включил чайник и выглянул в комнату на призыв дочери. Она сидела на ковре и играла в куклы. Мать семейства же лежала на диване с разрисованным наполовину лицом и тихо посапывала. На половину комнаты расположилась сушился со стиранными носками. А в самой комнате был бардак.

— Что случилось?

Девочка подбежала и вложила ему в руку красивую лазурную заколку.

— Пап, поплавь пличёску, чтобы я класивая была! — Её задорный голос отозвался в ушах.

Её отец сжал заколку и машинально спрятал в карман.

— Зачем? Тебе уже спать скоро. Да и не умею я всё равно. — Он развернулся, чтобы уйти.

— Пап, а давай иглать! Ты обещал! — Девочка протянула куклу.

— Не сегодня, дочка, папа очень устал. — Александр бросил это невзначай, совершенно не задумываясь.

Он даже не представлял, что с каждой такой фразой хрупкое сердечко маленького человека становилось всё меньше. Но она уже даже не плакала. Только кивнула и продолжила играть сама.

Александр схватился за ручку двери, чтобы вернуться на кухню. И тут что-то произошло. Он не слышал посапываний жены, не слышал как дочка играет и разговаривает с куклами, не слышал крутящийся барабан стиральной машинки, и не слышал кипящего на кухне чайника. Как будто всё разом замерло.

Но обдумать он эту мысль не успел — да и не хотел, если быть честными. Слишком уж он устал. Когда дверь в коридор отворилась, его взору открылось нечто странное. Вместо коридора своего дома он увидел туманные стены, по которым словно перебегали стрелки часов. Первое, о чём он подумал — это сон или галлюцинации.

Александр повернулся, чтобы удостовериться, что он всё ещё находится дома. И увидел свою дочку, которая продолжала играть на ковре, сидя к нему спиной. Жена всё так же мирно похрапывала на диване. Тающий образ скрылся за захлопнувшейся дверью.

Он тут же подскочил к двери и попытался открыть её — безрезультатно. Дверь совершенно не поддавалась.

— Что за бред? — Александр со всей силы постучал по двери.

Но кроме стука, не было никакого шума.

— Алина! Яна! Откройте! — Александр продолжал барабанить в дверь, но ничего не происходило.

Наконец, он устало пустился на пол и потёр горящий кулак. На глаза подступили слёзы.

— Да что за чертовщина тут твориться?

Но всё же мужчина быстро вытер глаза рукой и поднялся, чтобы осмотреться. Наконец он увидел, что коридор с мутными стенами уходил далеко вперёд и назад. И конца ему не было видно. Дверь же, через которую он вошёл, пропала. Александр почесал затылок. Похоже, оставалось только идти вперёд.

Но, поскольку, тут не было понятно что тут вперёд, а что назад, он решил считать то направление, куда он пошёл — вперёд. И быстрым шагом начал свой путь.

Вначале ничего особенного не происходило. Стрелки крутились в пространстве стен и угрожающе тикали. Словно время, отведённое ему, скоро закончится. Но в остальном было тихо. А коридор не заканчивался.

Наконец, в конце коридора показалась дверь. Она выглядела как самая обычная дверь. Он оглянулся — часть коридора уже погрузилась в темноту. Словно она шла за ним по пятам. Он решил не мешкать и дёрнул за дверь.

Внутри он увидел... самого себя. Александр сидел в элегантном костюме в кресле с бокалом вина и смотрел на доску почёта — награды, грамоты, дипломы.

Он почувствовал, как ему нестерпимо захотелось войти внутрь и остаться там. Смотреть на награды и наслаждаться своими успехами. С огромным трудом он захлопнул дверь. Сердце колотилось.

— Так, что это сейчас было? — Он пытался собраться с мыслями.

Тишина. Только тьма позади продолжает распространяться.

— Интересно, как это работает? Что, если я попробую представить свою квартиру? — Он закрыл глаза и сосредоточился.

А затем распахнул дверь. И когда он открыл глаза, за ней он увидел свою первую любовь. Она была такой, как он её помнил. Прекрасной, страстной и неудержимый. Они вместе танцевали головокружительный танец, играла музыка. Неужели это был тот мир, где они остались вместе?

«Ты же хочешь этого»

Послышался голос. Словно он был внутри, но исходил снаружи. Или наоборот.

— Я... Не хочу.

«Врать ты не умеешь»

Александр прикрыл дверь.

— Кто ты такой? И как мне вернуться домой?

«А ты уверен, что хочешь вернуться домой?»

В груди дрогнуло.

— Разумеется! С чего ты взял, что не хочу?

«Потому что ты не до конца закрыл дверь. — Медленно, с наслаждением отвечал голос. — Боишься, что тот мир исчезнет после хлопка двери, как и твой?»

— Отвали от меня! Я хочу домой.

Голос Александра словно становился тише. А вот голос эха напротив, становился громче и отчётливее.

«Ты бы не оказался здесь, если бы действительно этого хотел.»

Александру нечего было на это ответить. Каждый день он задерживался на работе, потому что он не хотел возвращаться домой. Он не был готов к рождению ребёнка и до сих пор не чувствовал себя отцом. Это не был его выбор, просто так всё сложилось.

«Не довольствуйся чужим выбором. — молвил сладкий голос. — Сделай свой.»

— Я... Не могу их бросить. — Александр опустил голову.

Где-то сквозь туман показалось изображение. Жена проснулась. И как будто пыталась смотреться в комнату в полумраке.

— М-милая, а мы разве никого не ждали?

— Кого? — Спросил детский голос.

— Не знаю. Я так, просто... Играй, солнышко. — Она потрепала её по головке и ушла в ванну.

«Они даже не вспомнят о тебе. Думай о себе. Думай о своём счастье. Думай о своём выборе.»

Александр смотрел на дверь, где жила его мечта. Его надежды. Он всегда сомневался, сделал ли он правильный выбор тогда. И думал о том, что было бы, если он тогда решил иначе.

— Я могу выбрать любую реальность?

«Верно»

— Папа! — Внезапно раздался голос дочери.

Александр посмотрел на видение. Девочка играла в куклы.

— Что такое, дочка? — Ты поиглаес со мной? — Нет, я занят вазными делами.

Он понимал, что ребёнок просто открывает роли на куклах. Но всё равно стало не по себе.

«Ты сделал свой выбор уже давно. Иначе бы ты здесь не оказался.»

Рука Александра дрогнула в последний раз. Он смахнул слезу.

— Верно. Я сделал выбор уже давно.

Потерять другого человека — тяжело. Потерять себя — тяжелее в тысячу раз.

Александр нащупал в кармане лазурную заколку. И почувствовал от неё тепло.

Дверь открылась.

— А где ты плятался? — Удивилась дочка.

— Что, не нашла меня, малышка? — Ухмыльнулся папа.

— Неа! — Она весело засмеялась, когда он начал кружить её.

— Папа! Папа! — Весело завизжала она. — А давай в куклы играть.

— В ку-уклы? — Протянул папа. — Только после того... Как съе-ем тебя! — И зарычал, улыбаясь.

Дочка завизжала и бросилась наутёк, пока папа за ней бегал по комнате.

В тот день никто не исчез. Жизнь продолжилась своим чередом. Но что-то точно изменилось. Как минимум в одной семье.